?

Log in

No account? Create an account








НИКТО НЕ ЗАБЫТ, НИЧТО НЕ ЗАБЫТО!

знамя

Книга Памяти и фотографии погибших в шталаге-326(VI-K) и лазарете
Штаумюле (Staumühle)  и похороненных на братском кладбище
шталага-326 (VI-К) Форелькруг.
В архивных  документах указывается название шталага-326 (VI-K)  и братского кладбища – Форелькруг, Падерборн, Зенне, Forellkrug, Форелькруг-Сенне (Зенне) - современное название Штукенброк-Schloß Holte-Stukenbrock, Германия, земля Северный Рейн Вестфалия.

img607

              img145-2-ps                            img144-2-ps

С неизвестной войны возвращаются и сегодня.
Возвращаются спустя почти 70 лет, после последних залпов Великой отечественной.
Возвращаются непокорённые.
Возвращаются, чтобы занять своё место в строю Победителей.
Возвращаются, неся нам сквозь годы правду о войне, правду о себе.
Возвращаются и будут возвращаться, вопреки всем грязно трусливым потугам любителей «переписать историю Великой Отечественной».
Если дерево оторвать от его корней, оно погибает – исчезает с лика Земли  бесследно. Когда народ утрачивает свои корни – Память свою - он погибает.

Первая виртуальная «Книга Памяти» была опубликована в 2010 году в
сети интернет и рассказывает о советских военнопленных, погибших в
лагере шталаг-326 (
VI-K) и лазарете Штаумюле (Staumühle)  и похороненных на братском кладбище шталага-326 (VI-К) Штукенброк Зенне в Германии земля Северный Рейн Вестфалия.
С первой публикации «Книга Памяти» помогла многим людям узнать больше о судьбе своих близких. Родственники большинства из них впервые узнают о том, где захоронены их близкие, и смогут отдать им последнюю дань.
«Книга Памяти» возвращает погибшим военнопленным их имена, достоинство и во многих случаях также их лицо. Для некоторых семей фотография с немецких документов стала единственной фотографией дорогого для родных воина.

Изучено множество архивных документов.
Некоторые документы, касающиеся одного и того человека, противоречат друг другу. Например, искажена фамилия, имя, отчество,
указаны разные даты рождения и смерти, а также искажено наименование населённого пункта и административно-территориальной единицы. Одна из причин - документы военнопленного составлялись немецкими писарями на слух и латинскими буквами, со слов самих военнопленных.  А затем, советские переводчики «обратно» переводили документы на русский язык. Поэтому  часто происходило искажение данных военнопленного.
Изучая документы, я сопоставлял данные по фамилии, имени, дате и месте рождения, адресу родственников и номеру военнопленного.
Но это только моё предположение. Истина может оказаться иной.

В этой версии указаны данные о месте рождения и адреса родственников, указанные в персональных карточках военнопленных.

На данный момент известны имена 14740 военнопленных умерших в
Шталаге 326 (VI K) и лазарете Штаумюле, конкретное место захоронения 2710 человек  можно определить достаточно точно.

Электронная "Книга Памяти" погибших в Шталаге-326(VI-K), доступна для просмотра :

Google диск - St-326 Memory Book-2014

Яндекс диск - St-326 Memory Book-2014

Электронная "Книга Памяти" погибших в Шталаге-326(VI-K) файл для скачивания :

Google диск - St-326 Memory Book-2014 rar.

Google диск - St-326 Memory Book-2014 zip.

Яндекс диск - St-326 Memory Book-2014 rar.

Яндекс диск - St-326 Memory Book-2014 zip.

Сайт “Книга Памяти” шталага-326

IMG_9033

ВНИМАНИЕ ПОИСК!

Прошли годы, но не утихает боль утраты, …И никогда не утихнет …
Боль утраты дорогого человека ..
Во скольких семьях и сейчас где–нибудь в укромном местечке хранится
уже пожелтевшее, от времени, «Извещение» со скупыми строками …
«пропал без вести». И родные ждут.

Ждут, зная, что человек уже не вернётся, так может быть, придёт весточка
о том, как он встретил свой последний час.

ВЕДЬ САМАЯ СТРАШНАЯ СМЕРТЬ – ЗАБВЕНИЕ.

УБЕДИТЕЛЬНАЯ  ПРОСЬБА О ПОМОЩИ – посмотрите фамилии военнопленных. Вдруг, среди них Вы увидите своих родных и близких!

Прошу всех, чьи семьи  затронула беда под названием  Шталаг-326 откликнуться, пришлите фотографии для размещения в “Книге Памяти”

Написать автору: stalag326post@gmail.com

Помогите, пожалуйста, распространить информацию о шталаге-326.

При составлении «Книги Памяти» использовались документы:
ОБД «Мемориал»
Обобщённый банк данных содержит информацию о защитниках
Отечества, погибших и пропавших без вести в период Великой
Отечественной войны и послевоенный период.
http://www.obd-memorial.ru/html/index.html

Центр документации (ЦД) – научно-исследовательское учреждение при Объединении Саксонские мемориалы в память жертвам политического террора, г. Дрезден.
http://www.dokst.ru/content/o-tsentre/tsentr-dokumentatsii

Комитет государственной безопасности Республики Беларусь
Центральный архив КГБ
http://www.kgb.by/archiv/infoarhive/

Служба безопасности Украины
http://www.sbu.gov.ua/sbu/control/uk/publish/article?art_id=90401&cat_id=90400

Список военнопленных составленный  доктором исторических наук, профессором, Анатолием Чайковским.

Автор выражает благодарность участникам форума поисковых движений http://forum.patriotcenter.ru - за помощь в поиске.

вечный огонь

Цветы для Штукенброка








Цв.штук-логотип

После окончания войны о «русском кладбище» в Штукенброке знали только местные жители. Знали и не хотели вспоминать. Никто из них не возразил, когда в разгар холодной войны был снесён памятник 42 военнопленным командирам Красной армии расстрелянных в шталаге-326.
Но через два десятилетия после окончания войны в городах Восточной Вестфалии сформировалась группа совестливых людей стремившихся к познанию прошлого. В неё вошли представителей разных поколений и
разных политических взглядов, которым не было безразлично отношение сограждан к истории национал-социализма. Было принято решение создать рабочий кружок.
Возглавил рабочий кружок Генрих Дистельмайер, бывший солдат вермахта, после возвращения из американского плена ставший протестантским пастором.
Создатели кружка считали, что кладбище советских солдат в Штукенброке, его история, сегодняшнее обращение к ней, будущее кладбища должны служить тому, чтобы преступления нацистов, совершенные в этих местах, никогда больше не повторились. Члены кружка хотели выработать альтернативу холодной войне, «построить мост» на Восток и сохранить память истории Шталага - 326 и кладбища советских солдат в Штукенброке. Им было важно, чтобы люди учились на уроках истории, определяя своё будущее.
2 сентября 1967 года под лозунгом «Мы хотим помнить» прошёл первый День памяти.
Члены кружка обратились с призывом к местному населению положить по одной красной гвоздике каждому погибшему советскому военнопленному и тем самым показать, что немцы благодарны Советской армии за освобождение от фашизма и готовы хранить память о жертвах фашизма.
Эта акция положила начало движению "Цветы для Штукенброка ".

Генрих  Дистельмайер писал: «У нас не было мандатов церковной администрации, не говоря уже о поручениях местных властей. Мы пришли сюда по собственной инициативе - небольшая группа, на которую поначалу никто не обращал внимания. Когда мы начинали расспрашивать местных жителей, нам обычно говорили: „К чему ворошить то, о чем уже никто не помнит? Оставьте мёртвых в покое..."  Но мы не были согласны с такой позицией, мы хотели узнать о прошлом и не дать прорасти траве забвенья... Мы хотели рассказать о том, то скрывалось за молчанием поросшей лесом пустоши».
Поначалу благородная акция Дистельмайера и его единомышленников не находила никакой поддержки. В первых мероприятиях в Штукенброке, сопровождавшихся поминальной молитвой и возложением венков к монументу, участвовало всего 15-20 человек.
Правительство земли Северный Рейн-Вестфалия, пыталось обвинить группу сторонников Дистельмайера в «антиконституционной деятельности».
Но постепенно ситуация менялась.
О рабочем кружке и мемориале в Штукенброке заговорили в прессе.

img252 (Копировать)


Начало действовать общественное движение «Цветы для Штукенброка -
Blumen-fuer-stukenbrock».

В течение многих лет, в первую субботу сентября, у подножия монумента
65 000 погибшим советским военнопленным в Штукенброке проводятся манифестации в память о жертвах войны, в защиту мира, против возрождения нацизма в Германии.
Монумент и мемориал в Штукенброке стали святыней для немцев, заботящихся о будущем Германии, о мире в Европе. Особенно знаменательно, что в манифестациях в Штукенброке активное участие принимает молодое поколение немцев, студенты и школьники.
Студенты-антифашисты, которым не безразлична судьба Германии, уже более 20 лет в дни манифестаций организуют на поляне рядом с братским кладбищем и монументом свой лагерь. Они убирают территорию, охраняют монумент и мемориал от возможных попыток его осквернения неофашистами, устраивают тематические семинары на темы, связанные с историей войны и фашистского рабства, с современными проблемами в Германии и в других странах.

«Заботьтесь те, КТО живёт о том, чтобы оставался мир,
мир между людьми, мир между народами».
Это предостережение Штукенброка – наше задание и обязанность.

Рабочая группа «Цветы для Штукеброка»
Arbeitskreis Blumen für Stukenbrock

www. blumen-fuer-stukenbrock.de

22 ИЮНЯ 1941 ГОД

Началась Великая Отечественная война
В 4 часа утра 22 июня 1941 года немецко-фашистские войска напали на СССР — началась Великая Отечественная война. В 12:00 советское радио передало заявление наркома иностранных дел Вячеслава Молотова о её начале. К тому моменту на западе страны уже шесть часов шли ожесточённые бои. Немецкие самолёты бомбили аэродромы, солдаты вермахта входили в города и села, убивая и захватывая в плен тысячи красноармейцев. К тому моменту гарнизон  Брестской крепости  уже сражался в окружении, неся тяжёлые потери. Многие её защитники, как и тысячи других солдат Красной армии, погибли гораздо раньше - в первые минуты войны, когда на казармы обрушился град артиллерийских снарядов.


Сообщение     «СОВИНФОРМБЮРО»
СВОДКА ГЛАВНОГО КОМАНДОВАНИЯ КРАСНОЙ АРМИИ
за 22.VI. 1941 года

С рассветом 22 июня 1941 года регулярные войска германской армии атаковали наши пограничные части на фронте от Балтийского до Чёрного моря и в течение первой половины дня сдерживались ими. Во второй половине дня германские войска встретились с передовыми частями полевых войск Красной Армии. После ожесточённых боёв противник был отбит с большими потерями. Только в Гродненском и Кристыно-польском направлениях противнику удалось достичь незначительных тактических успехов и занять местечки Кальвария, Стоянув и Цехановец (первые два в 15 км. и последнее в 10 км. от границы).
  Авиация противника атаковала ряд наших аэродромов и населённых пунктов, но всюду встретила решительный отпор наших истребителей и зенитной артиллерии, наносивших большие потери противнику. Нами сбито 65 самолётов противника.

Боевое донесение командующего войсками 4-й армии
«о нападении противника и о действиях войск армии»
22 июня 1941 года.

Минск
Командующему войсками Западного особого военного округа

Доношу: в 4.15 22.6.41 г. противник начал обстрел крепости Брест и   района города Брест. Одновременно противник начал бомбардировку авиацией аэродромов Брест, Кобрин, Пружаны. К 6 часам артиллерийский обстрел усилился в районе Брест. Город горит. 42, 6-я и 75-я стрелковые и 22-я и 30-я танковые дивизии выходят в свои районы; о 49-й стрелковой дивизии данных нет. Штаб 28-го корпуса - Жабника. Данных к 6 часам 30 минутам о форсировании противником р. Зап. Буг не имею. Штабом перехожу на запасный командный пункт – Буховиче. 22-я танковая дивизия под артиллерийским огнем в беспорядке вытягивается в свой район. Самолеты противника с 6 часов начали появляться группами по 3-9 самолетов, бомбили пружанскую дивизию, результаты неизвестны.

Генерал-майор Коробков                      Дивизионный комиссар Шлыков

22 июня 1941 г. 6 часов 40 минут.
Ф. 208, оп. 3038сс, д. 12, л. 1

Из «КНИГИ ПАМЯТИ Шталага-326»

Первыми вступили в бой с превосходящими силами противника
и были захвачены в плен:

Машеев Василий Петрович
Воинское звание солдат (рядовой)
Дата рождения   11.01.1915 г.
Место рождения Ленинград
Дата пленения   22.06.1941 г.
Место и дата пленения  Брест
Лагерь       шталаг 316
Судьба       Погиб в плену
Дата смерти        26.08.1942
Место захоронения Фореллькруг/Зенне-могила 4205

Минаков Михаил Иванович
Дата рождения   __.__.1918 г.
Место рождения Тульская обл.
Воинское звание солдат (рядовой)
Дата пленения 22.06.1941 г.
Место  пленения Брест
Лагерь       шталаг II F (315)
Судьба       Погиб в плену
Дата смерти        06.06.1944
Место захоронения     Фореллькруг/Зенне
Могила      могила 1428, список 13553, ряд 31

Чурсинов Федор Антонович
Дата рождения   28.02.1921 г.
Место рождения Орджоникидзевский край, Тишенка
Воинское звание солдат (рядовой)
Дата пленения 22.06.1941 г.
Место   пленения         Цехановцы
Лагерь       шталаг IV B
Судьба       Погиб в плену
Дата смерти        13.05.1944
Место захоронения     Фореллькруг/Сенне
Могила      могила 1407, список 13398, ряд 30

Хола Яким Ульянович
Дата рождения   __.__.1906 г.
Место рождения Каменец-Подольская обл., Дашковцы
Воинское звание солдат (рядовой)
Дата пленения 22.06.1941 г.
Место  пленения Березина  
Лагерь       шталаг VI B
Судьба       Погиб в плену
Дата смерти        29.08.1942
Место захоронения     Фореллькруг/Зенне
Могила      могила 4228

Фисун Иван Михайлович
Дата рождения   21.10.1921 г.
Место рождения Запорожская обл.
Воинское звание солдат (рядовой)
Дата пленения 22.06.1941 г.
Место  пленения Барановичи
Лагерь       шталаг VI K (326)
Судьба       Погиб в плену
Дата смерти        09.12.1941
Место захоронения     Фореллькруг/Зенне

Лопашетко Матвей Ильич
Дата рождения   15.11.1922
Место рождения Витебская обл.
Воинское звание солдат (рядовой)
Дата пленения    22.06.1941
Лагерь       шталаг VI K (326)
Судьба       Погиб в плену
Дата смерти        19.12.1941
Место захоронения     Фореллькруг/Зенне

Колодиенко Иван Яковлевич
Дата рождения   __.03.1921 г.
Место рождения Варваруха
Воинское звание солдат (рядовой) - пограничник
Дата пленения    22.06.1941
Место пленения Лебици-Кабары
Лагерь       шталаг VI C
Судьба       Погиб в плену
Дата смерти        25.10.1941
Место захоронения     Фореллькруг/Зенне

Скляр Валерий Леонтьевич                         
Дата рождения   06.06.1919
Место рождения Ростовская обл.
Воинское звание солдат (рядовой)
Дата пленения    22.06.1941
Место пленения Брест
Лагерь       шталаг 307
Судьба       Погиб в плену
Дата смерти        15.06.1943
Место захоронения     Фореллькруг/Зенне







ОСНОВАНИЕ   ШТАЛАГА-326 (VI-K).

Руководство третьего рейха планировало перед войной с Советским Союзом создать новые лагеря для военнопленных, так называемые «Русские лагеря». Эти лагеря создавались для большого количества пленных, которые должны появиться в ходе войны. Некоторые «Русские лагеря» должны размещаться на территории рейха. Планировалось использование советских  военнопленных на принудительных работах - на предприятиях, шахтах, сельском хозяйстве и при строительстве военных объектов.
«Русские лагеря»  в отличие от ранее открытых лагерей, предполагалось располагать на военных полигонах, чтобы исключить контакты советских военнопленных, как представителей злейшего врага национал-социализма с немецким населением, а также с военнопленными других национальностей.

Шталаг-326 (VI-К)-(Stalag-326 VI-K)  в местности Форелькруг-Зенне был
од­ним из самых страшных лагерей для военнопленных  Красной армии.
Stalag Kriegsgefangenen Mannschatsstammlager – в переводе – стационарный лагерь для военнопленных.
Номер от 300 и выше присваивались новым лагерям военнопленных в период войны с Советским Союзом. Римская цифра VI и буква «К» показывали принадлежность лагеря к структуре вермахта, именно к 6-му военному округу с центром в Мюнстере. Трёхзначные номера арабскими цифра­ми присваивались транзитным (пересыльным) лагерям.
Шталаг-326 (VI-K) был и базовым и пере­сыльным лагерем.
В годы войны его чаще называли «лагерь русских».

КАРТА НЕМЕЦКАЯ
немецкая топографическая карта 1943 года
подчёркнуто - месторасположение Stalaga-326(VI-K)
обведено кружком - месторасположение памятника      

Шталаг-326 (VI-K) располагался, как и было предусмотрено для «Русских
лагерей» на границе военного полигона Зенне вблизи имперского автобана
№ 68, проходящего из Билефельда в Падерборн, возле маленькой деревушки
Эзельгайде-Eselheide (в переводе пастбище ослов или ослиный луг), в 7 км от железнодорожной станции Хёвельхоф.  Другая небольшая дорога вела к находящемуся примерно в километре от лагеря постоялому двору «Форелькруг», который вместе с церковью Святого Ахатия являлись центром крестьянской общины Штукенброк-Зенне.
Весной 1941 года лесной участок площадью 400 на 1000 метров  был старательно обнесён колючей проволокой, построены сторожевые вышки с пулемётами. Территорию патрулировали часовые  вооружённые автоматами. В доме напротив постоялого двора «Форелькруг» расположилась комендатура лагеря военнопленных, и поэтому долгое время лагерь совершенно официально именовался ещё как «шталаг-326 (VI-К) Форелькруг».
Шталаг-326 (VI-K) был открыт 23 апреля 1941 года, а 30 апреля он впер­вые упоминается в официальных документах, в ежемесячном обзоре Верховного главнокомандования.


Почтовый адрес лагеря - ШТАЛАГ № 326 (VI-К), Форелькруг близ города Падерборна.
Перед прибытием первых партий советских военнопленных с внешней стороны забора, объединяясь со старым крестьянским двором был

создан «немецкий лагерь», в котором расположилось руководство лагеря
и охрана.
Шталаг- 326 (VI-К), являясь главным лагерем, объединял  группу лагерей:
VI-А Гемер, VI-В,VI-С,VI-Ф и др.
Пополнение лагеря происходило за счёт эшелонов, прибывающих со сборных  пунктов  (Дулаг
Dulag).
     Лагерь имел  значение центрального распределительного лагеря,  в который  свозили  военнопленных с восточных районов. Здесь происходила сортировка, проверка, разбивка их по командам и отправка из лагеря,

причём в основном из этого лагеря направляли на шахты и предприятия Рурского  бассейна. Одновременно команды военнопленных работали на предприятия неподалёку  от лагеря (Падерборн, Билефельд, Ноефауз, Лемго, Гутерсло, Пивичайде, к др.).
Непригодных для каторжно­го труда медленно уничтожа­ли голодом, холодом, скучен­ностью в бараках, побоями.
Военнопленные  в этом лагере задерживались обычно от 3-х до 6-ти недель, но так как транспорты приходили часто, то при  наличии  обычно в лагере
6-7 тысяч военнопленных, временами число их доходило до 30 тысяч.



Достаточно сказать, что с поступлением первых военнопленных  в
Шталаг -326 (VI-K) в июле 1941 года на 1 марта 1945 года по последним данным, подтверждёнными архивными документами,
было зарегистрировано около 308 000 советских военнопленных. Однако окончательное число до сих пор неизвестно.

img084-ВЫШКА
вышка охраны


img0065-ПРОВОЛОКА
колючая проволока



ДОРОГА В АД






От линии фронта до сборных лагерей, военнопленные направлялись обычно пешим порядком, без пищи, без воды шли они, то изнывая от жары, то коченея от холода, к месту назначения.
Военнопленным довольно часто приходилось проходить до ближайшей железнодорожной станции по несколько десятков километров. Ослабевшие от боев и недостаточного питания военнопленные вряд ли могли противостоять всем предстоящим лишениям. Последствия были катастрофическими.


Транспортировка советских военнопленных в Германию осенью 1941 года
(Источник: журнал "Вермахт "№ 23 от 5.11.1941)


Для перевозки военнопленных подавались грязные и смрадные вагоны
(из-под угля, извести, скота и т.п.), в вагонах стоил удушливый запах аммиака, было мокро, на полу валялся конский помет. В вагоны, рассчитанные на перевозку 40-42 человек, загоняли ударами прикладов по 70-80 человек. После чего вагон плотно закрывали и закручивали проволокой двери и вентиляционные отверстия. Через небольшие оконца едва проникал свет, ибо они были забиты металлическими планками, густо переплетёнными колючей проволокой.
В закупоренных вагонах, в темноте и давке ехали люди по 3-4 суток, обычно не получая на всем протяжении дороги ни воды, ни хлеба. Испражнялись в котелки или кружки, а затем выливали в щели вагонных дверей или окна. Многие военнопленные были не в состоянии перенести тяжёлую поездку, заболевали и умирали дорогой, трупы выносить из вагона не разрешалось.
И без того удушливая и смрадная атмосфера вагона становилась ещё более тяжёлой от трупного запаха.
Военнопленных офицеров конвоировали закованными в кандалы.

Первый эшелон с 7 тысячами советских пленных прибыл на станцию Хёвельхоф 7 июля 1941 года. День за днём прибывали эшелоны с пленными красноармейцами, Из вагонов выбрасывали тела умерших в пути, а живых пешком гнали несколько километров. Больных и раненых пристреливали. Колонну сопровождали конные повозки для погрузки трупов.

Ужасные условия транспортировки глубоко врезались в память тех, кто остался в живых.
        «Сегодня для них подвели эшелон.
          Обыщут их, сунут в вагон,
        И будет больных и страдающих стон
          Размеренным стуком колёс заглушён...
        И думает пленный, прижавшись к стене
        Вагона, склонившись, устало,
          Как будет он жить в незнакомой стране,
          И холод от страха бежит по спине...»
А. Васильев, бывший военнопленный шталага-326

Вот, что, рассказывают бывшие военнопленные о своём переезде в Шталаг 326:
Бывший военнопленный Яцухно М.Ф.  № 5867 рассказывает:
«В июле 1941 г. нас отправили в Германию. По дороге на станцию огромное количество военнопленных было расстреляно, для этого достаточно было отстать от колонны на два шага. Грузили нас по 70 человек в вагон, всю дорогу оставались без питания и без воды. Когда мы прибыли к месту назначения, нас поставили перед входными воротами в лагерь на колени, и мы простояли так в течение 2-х часов. Тех, кто пытался переменить или облегчить положение тела, безжалостно избивали, затем вышел немец, -
«А, попались, негодяи коммунисты! Здесь будет вам всем капут!» - кричал он на ломанном русском языке и злорадно смеялся»...


Бывший военнопленный Гусев Иван Фомич, политрук рассказывает:
«В конце августа 1942 г из Каунаса нас отправляют в Германию, жара стоит невыносимая, двухосные товарные вагоны опутаны колючей проволокой.
В эти вагоны - казематы нас набивают как сельдей в бочку: от 55 до 65 человек. Немцы не обращают внимания и на то, что сзади нас идут порожние вагоны, куда-бы можно было разместить нас посвободнее. Перед отъездом получаем кусок хлеба - суррогата, граммов 200-250. Собственно это не хлеб, это свёкла, шелуха какая-то, опилки древесные, муки там положено столько, сколько надо, чтобы скрепить это всё, чтобы оно не рассыпалось.
Прогремел засов дверей за последним человеком, вагон закупорен, едем день, другой и третий. Ничего не дают, от жары и духоты в вагоне люди стонут, больные воспалённые глаза у всех, хочется пить, от жажды люди плачут, падают в обморок, язык распух и не хочет шевелиться, губы потрескались до крови, просим пить, но где там. Только наглый смех и наглое издевательство вроде таких – «Воды нет, вода осталась у Сталина!»
На третье сутки ночью умерли в вагоне 3 товарища. Просим открыть вагон, убрать мёртвых. «Нельзя, запрещено» - слышим в ответ, под вечер открыли вагон. Прикладами и палками встретили нас, кинувшихся к дверям.
«Давай мёртвых» - кричат, но у нас не было сил, мы не могли поднять человека - скелета в 40-45 кг весом, тогда конвоиры сами, воткнув штыки в тела умерших, поволокли их к дверям и сбросили на землю»…

Бывший военнопленный Повертайленко Василий рассказывает:
«В Тильзите немцы построили советских военнопленных и вывели на площадь. По приказу начальства отбирали обувь, шинели, ремни, пилотки и ножи. Комендант лагеря, толстый немец с круглой красной рожей, коверкая русские слова, говорил: «Ви наш военный добыча, поедете нах Германия». Через несколько минут колонны военнопленных выходили из лагеря.
Конвой был усилен, на каждую сотню военнопленных - 30 до зубов вооружённых фашистов. Во время марша, не страшась смерти, военнопленные десятками разбегались в стороны. Часовые стреляли, раненых добивали прикладами. Мы прибыли на станцию. Погрузили нас по 70-80 человек в каждый вагон, не дав ни грамма хлеба, закрыли двери.
Вскоре товарный поезд тронулся на запад. Трое суток мы находились в
пути, без пищи и воды, в жаре и тесноте, в вагонах умирали пленные. Трупы людей оставались следовать к месту назначения.
10 июля нас привезли на станцию Хёвельхоф. Часовые открыли двери, военнопленные, шатаясь, начали выходить из вагонов и становиться в строй. Много тяжелобольных и мёртвых осталось в вагонах. Конвоиры вскакивали туда и, прицеливаясь в неспособных двигаться, стреляли...
«Этих русских надо всех перебить!» - кричал какой-то высокий, с бычьей шеей эсесовец»…

Бывший военнопленный  Горохов пишет:
"В октябре из Ченстоховского лагеря нас 300 военнопленных офицеров эвакуировали в Шталаг 326. Для того, чтобы предотвратить побеги, фашисты раздели нас, разули и заковали в кандалы. Босых и раздетых, только в одном белье, нас положили в вагоны на голый, сырой, холодный и грязный пол и запретили подниматься.
Конвой был усилен - на 20 человек военнопленных офицеров -10 человек конвоиров и одна собака. Конвой был в каждом вагоне для пленных»…

                                                          Военнопленные

Вот как описывает прибытие на станцию Хёвельхоф бывший военнопленный
С.А. Кшановский: 
…Людям приходилось лежать на голом деревянном полу и, спасаясь от холода, проникающего через щели, они прижимались друг к другу вдоль
стен вагонов, ибо в центре стояла параша. Через несколько дней пути поздним туманным утром состав прибыл на станцию Хёвельхоф.
Часть здания вокзала было разрушена и около разрушений устанавливали крепления в два этажа, а в стороне виднелись глубокие воронки и кучи завезённого щебня. К станции примыкал смешанный лес, к которому вела узкая асфальтированная дорога. Было пасмурно, моросил холодный мелкий дождь. Из здания вокзала доносился звонкий детский говор и смех. Мы смотрели через щели вагонов на перрон, по которому торопливо проходили люди под зонтами. Туман постепенно рассеялся, дождик прекратился, и выглянуло солнышко, наступал ясный день. К нашим вагонам долго никто не подходил, и мы ожидали сигнала для дальнейшего следования поезда. Неожиданно к дверям наших вагонов подскочили немцы в военной форме, далеко уже не молодого возраста, вооружённые винтовками. Нас быстро выгрузили, построили в колонну направлением к лесу, и ещё не последовала команда «марш», как из здания вокзала шумной ватагой выскочили дети школьного возраста в форме гитлерюгенда, которые подбежали к куче щебня и быстро наполнили им карманы. Затем подростки подбежали к нам и начали забрасывать нас камнями с небольшого расстояния. Мерзость сия была беспредельной. Дети не просто забрасывали нас камнями, каждый из них стремился, подбегая вплотную, более точно попасть каждому из нас в голову.
Мы не ждали гостеприимства, отдавая отчёт в том, что нас тут ждёт каторжный труд в условиях голода и холода. Но никто не допускал даже мысли о столь жестокой встрече. Мы голыми руками старались хоть как-то защитить наши лица и головы. К счастью, снова начался дождь, и ненастье помешало ватаге наслаждаться и дальше. Мы уже не раз испытывали беспредельную жестокость немецкой охраны, в которой служили уже зрелые военные люди, но было невозможным даже представить себе, что фашисты в таком же духе воспитывают своих детей. К счастью, серьёзных повреждений от детской «бомбардировки» мы не получили. Через лес, по узкой асфальтированной дороге колонна пленных под крики конвойных
«Вперёд, быстрее, быстрее» двигалась все интенсивнее, чтобы хоть так немного согреться. Оборванная одежда промокла вся до нитки и продрогшие, мы сами ценой невероятных усилий ускоряли шаг, чтобы как-то греться….



img095

станция  Хёвельхоф

Вот что рассказывают немецкие свидетели-очевидцы этих трагических событий:
«В то время я ежедневно ходил вдоль путей в школу и ви­дел выгрузку из вагонов, после которой пленных выстраивали в колонны и гнали в лагерь.
По пути оголодавшие русские срывали листву с деревьев, их били, в них стреляли. Тех, кто не мог ид­ти, везли на повозках»....

Вспоминает очевидец: «Пленных выгрузили в Хёвельхофе (примерно в 7 км от лагеря), откуда они пешком отправились к лагерю. Пешие колонны были длиной примерно 400 м, через каждые 50 м шли охранники. По дороге пленные ели листья с деревьев... за это охрана их била. Сзади колонн ехала телега, которая подбирала тех, кто не мог идти дальше»...

Вспоминает очевидец: «Большие колонны пленных прибыли из Хёвельхофа. Их гнали вперёд. Это было ужасно. Это были очень длинные колонны. Когда пленные пришли, виду них был очень жалкий, у одних ноги были обмотаны тряпьём, у других вообще ничего не было на ногах. За колоннами ехала телега».
Параллельно нынешней автотрассе от станции Хёвельхоф до Штукенброка идёт живописная тропа. Эта тропа, больше шести десятилетий  тому назад, ещё не поросшая  по сторонам лесом, была дорогой мук для русских военнопленных.


14 октября 1988 г. активисты Партии зелёных обратились к бургомистру общины Хёвельхоф с предложением о сооружении знака памяти погибшим советским пленным. Обоснование: «Образы врагов, сформированные на Востоке и на Западе в годы холодной войны, уже не существуют, и стало, наконец, возможным почтить страдания людей, находившихся на другой стороне. Достигнуть примирения между немцами и русскими можно только на пути понимания собственных ошибок и признания собственных преступлений».
По инициативе фракций Партии зелёных и СДПГ в посёлке был создан общественный комитет «Примирение и память», начат сбор пожертвований (в нем участвовало 13 тысяч жителей) для возведения памятника жертвам шталага.
23 февраля 1989 г общинный совет большинством 18 против 7 голосов высказался против мемориала русским пленным. Но спустя несколько месяцев, 14 октября 1989 года на здании железнодорожного вокзала Хёвельхоф была торжественно укреплена памятная доска, мимо которой нельзя пройти равнодушно. Бронзовый рельеф — лик погибающего узника — был выполнен по мотиву знаменитой картины норвежского художника Эдварда Мунка «Крик». Надпись на мемориальной доске гласит:

              ТАЙНА ПРИМИРЕНИЯ - ЭТО ПАМЯТЬ
             От станции Хёвельхоф в 1941-1945 гг.
тысячами гнали русских пленных в Штукенброк, в шталаг-326

1941 ГОД - ПЛЕН








Шталаг 326(VI-К) был построен на костях русских военнопленных,  каждый кирпич, каждая стенка  барака, каждый метр колючей изгороди  были пропитаны русской кровью, куплены ценою неимоверно тяжелых страданий и унижений русского человека.

img050 (Копировать)
                 первые военнопленные в шталаге-326

Из рассказа бывшего военнопленного лейтенанта Здор Дмитрия Марковича из села Владимировка, Добрянского района, Черниговской области:
«Это было 7 июля 1941года .Истощённые, измученные до полусмерти дорогой, без воды и пищи тянулись длинной колонной русские военнопленные со станции Хёвельхоф (Hővelhof) в лагерь З26. Это был второй транспорт, прибывший в Шталаг-326.
В шталаге мы получили по 3-4 картофелины и по кусочку чёрного суррогатного хлеба. На ночь мы оставались под открытым небом и, чтобы согреться, развели костры. Но греться нам не пришлось, так как немцы открыли по горящим кострам стрельбу.

Утром построили всех в колонны,  и мы стояли по команде "смирно" около четырёх часов, дожидаясь глотка чаю. Построение происходило при помощи собак и палок. Когда собака сбивала с ног военнопленного, к нему подскакивали 3-4 немца и избивали его до потери сознания.
Кто, по мнению немцев, был плохо умыт, того тащили к помпе и поливали холодной водой в течение 10-15 минут.
После обеда снова всех выстроили. Появились солдаты в черных фуражках. Это были гестаповцы (СС). Они выводили из строя всех, кто им казался похожим на еврея. Находившиеся в строю должны были в это время стоять по команде "смирно". Если кто поворачивал голову или шевелился, то получал по голове удар резиновой дубинкой. Подобные  построения повторялись на протяжении нескольких дней ,иногда эсэсовцы приносили с собою  сырую брюкву и бросали  её в строй  военнопленных. Кто посмел наклониться и взять брюкву, тот подвергался  жестокому  избиению, для  большей "острастки"  при  этом поднимали  стрельбу из автоматов и пистолетов».

За вторым транспортом вскоре прибыл третий, четвёртый  и лагерь к концу июля 1941 года уже насчитывал более 12 000 человек.
Стояли пасмурные дни, часто шёл дождь. Жить под открытым небом было невозможно. В середине июля, с разрешения немцев, люди начали рыть ямы для жилья. Это был тяжёлый ,каторжный труд. Лес пилили колючей проволокой, землю копали котелками и ложками , сосновыми сучьями. Через две недели лес покрылся сплошными ямами, сверху закиданными брёвнами и древесной хвоей. При беспрерывном дожде ямы наполнялись водою. Нередко они обваливались, заживо погребая людей. После  отбоя  люди не имели права выходить из своих нор. Оправлялись в ямах. Тех, кто выходил наружу, расстреливали из автоматов.


img065 (Копировать)
                         норы-землянки в шталаге-326


img066 (Копировать)
                       в норе-землянке


Из рассказа бывшего военнопленного Куценко :
Харьковская обл., Дворичанский район, село Вильшаны
«Однажды, в начале августа 1941 года 60 пьяных эсэсовцев  с собаками, с криками ворвались в лагерь. Овчарки вскакивали в землянки, в которых мы тогда ещё жили, и вытаскивали наверх больных и слабых. Фашистские солдаты разрушали наши "квартиры", докалывали штыками оставшихся там людей. В течение 30-40 минут все было сравнено с  землёй. Много пленных было заживо погребено в землянках. Потом  нас согнали  в один угол - собаки рвали зубами, а часовые без разбора били прикладами и кололи штыками.

За время "штурма" было убито и  завалено землёй 56 человек. Такая участь постигла и  одного моего товарища. Не помню его фамилии. Знаю только, что звали его Ваней,  что был он из Москвы. Я жил с ним в одной землянке, он что-то приболел, и когда начался штурм, видимо, не успел выскочить.
На другой день после "штурма" я откопал его труп, Он был синий, весь покусанный собаками».

В середине сентября 1941 года началось строительство бараков.
Военнопленные, получавшие мизерный пищевой рацион, к этому времени представляли собой совсем обессиленную и нетрудоспособную массу.
Их постоянно мучил острый голод. Насколько был силен этот голод, говорит то, что в лагере была съедена  вся трава - люди с каждым днём слабели.
И вот этих слабых, голодных, измученных людей стали выгонять на строительные работы. Немцы каждый день строили без всякого разбора тысячи военнопленных  и гнали их за 7 километров от шталага на станцию Хёвельхоф   за стандартными щитами для будущих бараков. Больные и слабые, которые не в состоянии были выдержать долгого пути с тяжестью на плечах, падали, их кололи штыками, били прикладами, пристреливали. Остальные, качаясь от ветра, сгибаясь под непосильной ношею, медленно продвигались под пинками и ударами немцев. Взявшие щиты первыми  уходили далеко вперёд, а  последним приходилось их догонять бегом , упавших без чувств клали на щиты и несли в лагерь. Часто немцы, во время марша, находили забаву в том, чтобы толкнуть несколько человек, заставить их упасть и смеялись над придавленными под щитами людьми.

С 12 часов до 13 часов раздавали обед - один литр "баланды" из травы - и гнали вновь на работу до 20 часов. Таким образом, рабочий день, начинавшийся в 7 часов утра, длился 12 часов. Уклонявшихся от работы немцы ловили и избивали, а затем привязывали на 2-3 дня колючей проволокой к деревьям, не давая им в течение этого времени ни хлеба, ни  воды.

                                

В начале октября 1941 года в западной части лагеря было построено 5 первых бараков, но жить в них не разрешалось, и военнопленные по-прежнему продолжали прозябать в ямах. Глубокой  осенью в этих бараках разместили штатных работников, обслуживавших лагерь (полицейских, банщиков, поваров, санитаров и др.).
img068 (Копировать)
                нора землянка, на заднем плане первые бараки

К концу лета 1941 года в шталаге-326 находилось  значительное количество русских военнопленных, прибывших из различных  сборных лагерей. Они жили в ужасных  бытовых условиях. Грязь, скученность, отсутствие бани и какой  бы то  ни было дезинфекции, привели к большой завшивленности военнопленных. Угроза распространения  брюшного тифа нависла над лагерем. В порядке очередной "заботы" о военнопленных немцами были  привезены  походные дезинфекционные установки и поставлены прямо под открытым небом. Началась  "санитарная обработка".
Люди раздевались, мылись пять минут под душем, а потом (осенью, часто под холодным дождём) мокрые, стучащие зубами от холода, в течение 2-х часов ожидали своих вещей. Тёплой воды, как правило, не хватало и многим приходилось мыться совершенно холодной водой.
Всех, кто пытался избежать холодной ванны, безжалостно избивали палками и обливали в довершение холодной  водой  из шланга.

Питание было рассчитано на  то, чтобы пленный постоянно ощущал голод и умирал медленной мучительной смертью. На почве систематического недоедания у большинства пленных появились голодные отеки.
Нормы  питания не обеспечивали и половинных потребностей для нормального существования человека, военнопленные получали
700-900кал-в 1941 году, 400-500 кал в 1945 году.
Хлеб (300 гр – в 1941 году,180 гр  с марта 1945 года) был сырой, с примесью суррогатов, чёрный, по внешнему виду напоминающий  торф.
Для пленных пищу  варили  из отбросов  овощей  и зелени, непригодных даже для кормления скота – полугнилой  брюквы, гнилого картофеля или картофельных очистков, ботвы свекольной, турнепса и др. зелени. Вся  эта "продукция" не только не чистилась, но даже и не мылась. Её окачивали холодной  водой, резали и в таком  виде закладывали в котёл, соли часто недоставало. Зимой, вместо свежей  брюквы, и зелени пленным варили сушёную брюкву и какую-то сушёную траву.
Недоброкачественная пища из продуктов-суррогатов, гнилых овощей и зелени вызывала широкое распространение желудочно-кишечных заболеваний. У голодных, истощённых людей ослабленный организм не оказывал достаточного сопротивления инфекционным заболеваниям, которые принимали эпидемический характер.
Но даже и того, что было положено по утверждённым немцами  голодным нормам суточного рациона, пленные   полностью  не получали и  нормы  оставались только  пустой  бумажкой, т.к. наиболее ценные, доброкачественные продукты расхищались немцами.
Вследствие  этих причин смертность  среди пленных получила большой размах.
Измученные продолжительным голодом пленные   становились  тенями.   При росте в 176 см. вес истощённых пленных составлял только 42 кг.(!!!).
В бане  на раздетых пленных страшно было смотреть - скелеты, кожа да кости.

img110-pic (Копировать)
                  Рисунок бывшего военнопленного Глинова А.С.

В «Обобщённом банке данных о защитниках Отечества, погибших и пропавших без вести в период Великой Отечественной войны и послевоенный период» есть следующие записи о первых погибших в
шталаге-326:
через семь дней после прибытия первой партии военнопленных, отделением учёта шталага-326 (VI К) была зафиксирована смерть:

Номер записи       81791562
Фамилия     Покусоян
Имя   Микола
Дата рождения     06.12.1919
Воинское звание  солдат
Судьба        погиб в плену
Дата смерти         13.07.1941

Номер записи       81791563
Фамилия     Куземушкин
Имя   Пётр
Дата рождения     15.08.1918
Воинское звание  солдат
Судьба        погиб в плену
Дата смерти         13.07.1941

17 июля 1941 года - умер от огнестрельного ранения рядовой Колакобин (Кдаробен) Георгий Алексеевич.
Номер записи       300204619
Фамилия     Колакобин (Кдаробен)
Имя   Георгий
Отчество    Алексеевич
Дата рождения     12.06.1920
Судьба        Погиб в плену
Дата смерти         17.07.1941
Адрес родственников: Ставропольский край, ст. Беслан корп. 30 кв. 2
                                      Александра Игнатьевна

Их тела были похоронены на окраине кладбища церковного прихода
Святого Ахатия в Штукенброк-Зенне.

В августе 1941 года число умерших начало увеличиваться, и в начале сентября лагерю военнопленных было отведено собственное кладбище в непосредственной близости от церковного кладбища.
В течение следующих лет в 36 общих могилах, длина каждой из которых составляла около 116 метров, были захоронены тысячи советских военнопленных, умерших в шталаге и находящемся неподалёку госпитале Штаумюле и на работах в ближайших окрестностях.


В тот день, когда в шталаг 326 прибыли две первых партии военнопленных, насчитывавших около 4000 человек, в газете "Вестфелишес Фольксблатт Падерборн"  была опубликована статья:
«Их последний бой.
Большевистские нелюди в немецком плену (отрывок)».

Вполне возможно, что судьба военнопленного столь сильно угнетает
солдата, что он теряет душевное равновесие и меняется внешне. Этот процесс отражается и на его лице. Так было во Франции. Однако то, что здесь могут увидеть жители Центральной Европы - это самая примитивная
и низменная часть белой расы. Настоящие лица преступников, бычьи шеи, плоские лбы и лживые, коварные взгляды. В таком виде проходят перед
нами борцы за свободу и права человека, порабощённые, раздавленные существа, слабые, еле волочащие ноги, больше похожие на обитателей джунглей, чем на солдат. Даже их грязная, никуда не годная военная форма наводит на интересные мысли. Это не только грязь дорог и лесов, это не только следы пребывания солдат под открытым небом - ведь и нам приходилось бывать в таких условиях - это старая грязь, приставшая к отвратительному обмундированию ядовито-зелёного цвета, это неряшливость и распущенность.
А вот вновь появилось несколько фигур, похожих на крадущихся кошек, с широкими скулами и восточным разрезом глаз. Тупо и бездумно плетутся они в колонне за идущим впереди человеком, садятся вслед за ним и встают, когда тот поднимается.  Человеческое стадо, лишённое всякой духовности и культуры, посланное Москвой на борьбу за свободу и всемирное обновление! Эти оторванные от жизни существа, скорее, животные, чем люди, идущие сейчас в плен, возможно, ещё совсем недавно шагали под советским знаменем под громкие звуки "Интернационала", чтобы повсюду бить фашистов, о которых они не имели никакого представления...
Эти фанатики большевизма, эта подлая солдатня - опасные враги, и лучше всего это знают наши солдаты из опыта прошлых боев. Такой враг не воюет открыто и честно, его оружие - коварство и организованный грабёж. Эти животные, убившие из засады уже многих немецких солдат, как правило, прячутся от крупных подразделений, предпочитая нападать на отдельных немецких военнослужащих. Такая тактика как две капли воды напоминает методы уличного боя, которые Москва когда-то хотела применить в гражданской войне в Германии. Уже не раз пленные русские коварно нападали на немецких караульных солдат ночью или при прохождении колонны пленных через лес, чтобы завладеть оружием. Однако в таких случаях с ними не церемонились. Нет никаких сомнений: большей частью
в колоннах военнопленных мы видим отъявленный коммунистический
сброд с преступными инстинктами и подлыми лицами.
Когда видишь эти орды, рассудок и сердце отказываются понимать, за
что природа так плохо обошлась с человеческой расой. Неужели это представители народа, который до коммунистической эры все же подарил миру известных художников и учёных? Нет, в этих заключённых, самому старшему из которых не более 30-35 лет, мы впервые видим олицетворение плодов тлетворного влияния большевизма на русский народ. Это потрясающая по своей трагедии картина, показывающая, во что превратился здоровый по природе народ из-за жизненного кредо еврейского коммунизма. Политическое сознание и нравственность всех этих людей, марширующих теперь в немецкий плен, сформировались под воздействием большевизма, который апеллировал только к самым низменным инстинктам, убивая души ещё в раннем детстве и делая их невосприимчивыми к ценностям европейской культуры. Большевизм привил славянству тупую ненависть ко всему, что не является коммунистическим. Так появились воспитанные на идеологии большевизма неполноценные люди, которых теперь Москва ведёт в бой против нас, и при помощи, которых она когда-то хотела обратить мир в новую веру и достичь "новой справедливости ". При виде этих неполноценных людей приходишь к полному убеждению, что, действительно, давно пора полностью искоренить большевизм - это регрессивное направление развития человечества.


Источник: Их последний бой. Большевистские нелюди в немецком плену.
Вестфелишес Фольксблатт Падерборн, г. Падерборн, 10.07.1941.
Отто Рейнхард // Шталаг 326 (VIK) Зенне – лагерь военнопленных в Вестфалии. – Борхен: Янус Друк, 2001. – 59 с.

ЛАГЕРЬ СМЕРТИ

"Лагерь смерти"
(выдержки из документа)
Приложение "Лагерь смерти" составлено по материалам собранным у бывших военнопленных комиссией в составе :
лейтенанта медслужбы Сауткина, лейтенанта Муранова И.И., лейтенанта Кожевникова, ст.сержанта Кущ Сергея ,
под руководством ст.лейтенанта Селезнева Василия Ефимовича.
Приложение «Лагерь смерти» было передано в декабре 1945 года в ЦК ВКП (б).

Применявшийся в лагере режим представлял собою сплошное издевательство над русскими военнопленными. Гитлеровские людоеды придумали целую систему разнообразных и чудовищных по своей жестокости издевательств. Самые изощрённые пытки, перед которым бледнеют ужасы средневековья, оголтелый террор, убийства - выполнялись всегда по плану, заранее задуманному и предписанному свыше.
Издевательства носили явно садистский характер и служили для палачей-фашистов средством развлечения.
Немцы издевались не только над здоровыми, но и над больными, ранеными, калеками. Нетрудоспособных, больных , получивших на производстве увечья отправляли обратно в лагерь, где они помещались обычно в санчасть и медленно там умирали голодной смертью.
Возвращались в лагерь из рабочих команд также и люди, которые обвинялись в антифашистской агитации и саботаже. Их помещали в лагерную тюрьму или специальный бокс "СС", где был исключительно тяжёлый, издевательский режим, рассчитанный на медленное, но верное умирание человека.
Особенно изощрёнными издевательства были над офицерами Советской Армии и представителями советской интеллигенции. О евреях и говорить не приходится: их подвергали нечеловеческим пыткам, а затем уничтожали физически.
Издевались в любое время - при подъёме людей, при выдаче пищи, при обысках, при транспортировках, в бане, в лазарете и т.д.
Издевались даже над трупами замученных советских людей.
Причинение физической боли, увечий, варварская муштра, продолжительное стояние по команде "смирно", голодный режим, травля собаками, подвешивание за ноги, привязывание колючей проволокой к дереву, ограбление до последней нитки, антисанитарные жилищно-бытовые условия - все это применялось в шталаге -326 по отношению к русским людям.

Бывшие военнопленные рассказывают об ужасах фашистского плена, пережитых ими в шталаге- 326.

Ветолкин Пётр Никифорович - № военнопленного 93938-
Удмуртская АССР, Сюмсинский  район, деревня Гуртлуд.
Понсяев Иван Васильевич № военнопленного-43799-
Горьковская обл., Лукьяновский район, г. Лукьянов ,ул. Коммуны 66/1.

«Начальник вещевого склада оберфельдфебель Дикс, всегда проявлял исключительную жестокость по отношению к военнопленным. Если при выдаче старой немецкой формы кто-либо заявлял ему, что форма или деревянные колодки (примечание - деревянные колодки носили вместо обуви) не подходят, то Дикс тут же избивал его до потери сознания, а войдя в ярость, этот зверь снимал ремень с револьвером и бил, не разбираясь, по чем попало и кого попало. Этот изверг за два года (С 1942г. по 1944 г.) лишил жизни сотни людей, а многих сделал инвалидами. Мы - очевидцы целого ряда кошмарных расправ Дикса над русскими людьми.
Военнопленному Павлову Василию Дикс ударом револьвера по голове проломил череп. Такие случаи не являлись единичными. Они повторялись при каждой "выдаче" старой немецкой формы на протяжении почти трёх лет.
Садист Дикс однако, не ограничивался убийствами и увечьями военнопленных. Он врывался иногда в склады и избивал пленных, работавших там. Он избил до полусмерти пленных Балобая, Зиновьева, Пимичева и Трофимова. Военнопленного Ветошкина, заставил шагать по-гусиному, а сам шёл сзади и бил до тех пор, пока он не потерял сознание. Олейникова Николая, который подошёл к Диксу и попросил обменять деревянные колодки , он тяжело избил палкой, которую держал в руках.»

Рассказывает Кожевников Василий Иванович № военнопленного 214152 –
г. Горький, Сталинский район, посёлок им. Демьяна Бедного ул. Кустарная 33/7.

«В январе месяце 1944 года группа военнопленных из команды 1523 в количестве 10 человек прибыла в лагерь 326 для помещения в санчасть. По пути нас завели в склады лагеря получить старую немецкую форму для команды. Оберфельдфебель Дикс явился на склад пьяным и начал избивать всех подряд без всяких причин. Он раздел нас и в таком положении оставил на морозе. Целых два часа голыми ждали мы, пока Дикс соблаговолит выдать нам старую немецкую форму.
Другой случай. Один военнопленный, по национальности казах, отправлявшийся в команду, попросил Дикса заменить ему разбившиеся деревянные колодки. Когда колодки были заменены, Дикс внезапно подбежал к нему и заорал звериным голосом : "У ,У! азиат!", нанёс ему несколько ударов пистолетом по голове, отобрал колодки и отправил в команду босиком»

Рассказывает Вавилов Николай Игнатович -№ военнопленного 4801 -
Марийская обл., Оршанский р-н, с. Кучка -

«Работали обычно по 12 и более часов в день. За отказ от работы или саботаж - по приказу коменданта лагеря применялся расстрел на месте. Каждую минуту грозило нам это, ибо немцы, придирались к каждой мелочи.
Чаще всего они практиковали такие пытки:
Камера с холодной водой, догола раздетого человека ставили под кран. Воду пускали сначала медленно и так, чтобы она падала на темя. Пытка эта применялась независимо от времени года. Окоченевшего, потерявшего сознание человека выбрасывали в мертвецкую.
Травля собаками. Человека толкали в пустой барак и пускали туда двух или трёх овчарок. Под общий хохот и улюлюканье немцев псы рвали тело беззащитного пленного. (Этот случаи имел место с офицером Корниловым).
Часто пленных раздевали догола и заставляли бегать по лагерю, причём в это время травили их собаками.
В лагерь, на середину его, привозилось небольшое количество хлеба (несколько булок). Все голодной толпой бросались к нему, тогда немцы пускали собак, открывали пулемётную стрельбу. Все это представляло для немцев весёлую забаву - тренировку в стрельбе по живым людям.»

Рассказывает Гладков Е.Ф.,
Азово-Черноморский край, станица Лабинская, ул. Телеграфная, 376-

«После обыска подошёл к нам офицер, владеющий русским языком и начал отбирать "большевиков" по своему усмотрению. Отобранных людей заставили ползать в грязи по-пластунски; выбивающихся из сил бил в лицо, кто плохо прилегал к земле, придавливал ногой. Так продолжалось около часа».

Рассказывает Кашицин Георгий Алекс. № военнопленного -3790-
Горьковская обл., Муромский район село Молотицы:

«В декабре месяце 1941 года немецкий ефрейтор (ими его забыл) начал нас гонять по грязи по-пластунски. Карнаухову Кириллу, который был очень слаб и не мог ползать, он пробил пистолетом голову.
Этот же ефрейтор поймал меня в начале мая 1942 года возле кухни с котелком супа, пробил мне этим котелком голову и разорвал правое ухо, потом повёл на кухню, избил до бесчувствия ручкой от лопаты и приказал посадить в ящик с холодной вонючей водой, где я пробыл полчаса и в бессознательном состоянии был доставлен в санчасть.»

Рассказывает Шмаев Владимир -№ военнопленного 10730-
г. Москва, Валовая, 39/1-

«Холодным осенним утром нас разутых, раздетых, голодных выстроили для получения хлеба и, не дав разделить его, начали гонять по грязи по-пластунски...
...Избитым в кровь медицинской помощи оказывать не разрешали, истекающих кровью, гнали на работу. При отправке на работу происходили "упражнения" в штыковом бое. Исколотых штыками, избитых, истощённых людей гнали на работу бегом . При каждом возвращении с работы приносили по 5-6 человек мёртвых. Часто нам не давали пищи, мотивируя тем, что мы плохо работали».

Рассказывает Кашицын Георг. Александр.-№ военнопленного-3790-
Горьковская Обл., Муромский район, село Молотицы:

«Как-то в начале 1942 года заходят к нам в барак немцы и полицейские.
- Вылетай пулей! Строиться в баню! - кричат они. Военнопленный Карнаух Кирилл вышел последним из барака. Подкошенный ударом сабли свалился он у порога барака. Оберефрейтор Пастернак стал, упавшему на спину, и на наших глазах из пистолета ранил его в голову.

Рассказывает Семенюк Константин,
Кустанайская обл., Карабулакский район, участок опытное поле, зональная станция № 1

«В русской военной форме я шёл по лагерю.
Меня встретил оберфельдфебель Бошман и спросил, кто я.
Я ответил: «Русский офицер!»
«Ложись, ползи и вой по-собачьи!» - приказал Бошман.
По-собачьи я не выл, а ложиться пришлось, и ползти около 300 метров. В это время он бил меня саблей, вскакивал на спину и топтал ногами.
Затем приказал посадить меня в тюрьму. Два дня меня избивали и не давали абсолютно ничего есть. Силы покинули меня и на носилках меня отправили в лазарет.







Фотографии из немецкого архива шталага-326
Публикуются впервые.









МАСТЕРСКИЕ







В экспозиции Вестфальского промышленного музея хранится
необычный экспонат.
Шкатулка из соломы в виде сердечка. Праздничный сувенир.
Работа сделанная мастерски, с любовью.
Имя автора не известно.

Шкатулка была изготовлена в Шталаге-326 неизвестным советским
военнопленным и  была обменена на хлеб.




О мастерских, об издевательствах и произволе, царивших там,
рассказывают бывшие военнопленные :

Верные слуги фашизма гитлеровские бандиты, присланные в Шталаг-326,
делали всё возможное, чтобы больней и чувствительней наносить удары
еле живым от голода и холода русским военнопленным. Они устраивали
побоища в бане, при получении пищи, при обмундировке. Всё, что представляло хоть небольшую ценность, отбиралось у военнопленных, расхищались пригодные продукты с кухни. Но для их наживы этого было недостаточно. Под видом обслуживания военнопленных в Шталаге-326 были открыты в конце 1941 года портняжная и сапожная мастерские.
Эти мастерские целиком перешли на обслуживание немцев.

"В сапожной мастерской я работал с конца 1941 года. Она целиком и полностью обслуживала немцев. С первого дня ею руководил алчный на деньги обер-бандит Бертли, затем прислали ещё одного, по имени Брандт. Они использовали мастерскую в своих личных интересах. Ежемесячно каждому из них изготовляли пар по 20 тапочек, которые они продавали гражданскому населению. Кроме этого, в мастерской шили сапоги местному гарнизону. Если мастера не выполняли в срок задания, то их избивали.
Для пленных обувью служили деревянные колодки, и лишь на специальных работах выдавали обрезки сапог и ботинки непригодные к носке. Их ремонтировали гнилым материалом, эта обувь через пару дней разваливалась, и люди оставались по-прежнему босыми.
Новые ботинки, отобранные у пленных, использовались на подошвы для тапочек и дамских туфель. Так фашисты набивали свои карманы за счёт пленных русских людей".

Кашицын  Георгий  Алексеевич, военнопленный № 3790
Горьковская обл., Муромский р-н, село Молотица .                                                                                                        
"В октябре месяце 1944 года в 16-м боксе была организована фашистом фельдфебелем Шмидтом мастерская, в ней работало полтора десятка человек, которые изготавливали лично для него соломенные шкатулки, лозовые корзины, резные тарелки и другие изделия. Работали по 18 часов ежедневно. За всё время для Шмидта были сделаны сотни соломенных шкатулок, корзин, тарелок и т.д."
Майоров – военнопленный № 26395
Ивановская обл., Вычужский р-н, Никулинский с/с, село Кузнецово.

" В лагере была организована столярная мастерская, предназначенная
для ремонта бараков - рам, дверей, крыш. Однако фашистские ставленники Ганс Штудте и Ян использовали мастерскую в своих, личных интересах.
За все время существования лагеря мастера изготовили для них сотни сундуков и чемоданов, шкатулок и детских игрушек. Эти вещи немцы   продавали гражданскому населению с целью личной наживы.
За промедление в работе немцы жестоко избивали работавших в мастерской. Однажды я делал детскую игрушку с тем, чтобы потом продать её тайком от немцев за кусок хлеба. Заметив это, изверг Ян ударил меня рукояткой пистолета по голове и сбил с ног. Подбежали ещё два фашистских палача, избили меня до потери сознания и выбросили на улицу.
Малярная мастерская было тесно связана со столяркой и, вместо работы, которую она должна выполнять по обслуживанию лагеря, принимала заказы от отдельных немцев. Маляры и художники раскрашивали по требованию шефов сундуки и чемоданы, рисовали для них картины, портреты"
Фисенко Иван Сергеевич, военнопленный № 8901
Сталинградская обл., г, Астрахань, Краснофлотский р-н, ст. Дельта, ферма № 2.


ШТАУМЮЛЕ Staumühle







По воспоминаниям бывших военнопленных:
Кшановского С.А., врач лазарета Штаумюле в 1943-1944 г.г.
Кришнова М.А., санитар лазарета Штаумюле с первых дней и до 1944 г.
Чурбакова Т.Н., врач лазарета Штаумюле 1943-1944 г.г.

штаумюле-карта

Летом 1941 года в шталаге-326 создалось катастрофическое положение:
скученность военнопленных, плохое питание, отсутствие элементарных
санитарно-гигиенических условий способствовало быстрому распространению различных болезней. В августе среди военнопленных начала свирепствовать эпидемия дизентерии. Своей высшей точки она достигла в сентябре. Военнопленные, ослабленные голодом, массово умирали из-за обезвоживания организма. Эпидемия дизентерии ещё не стихала, когда произошли первые случаи заболевания сыпным тифом.

В этой напряжённой ситуации командование VI- округа вермахта принимает решение о создании специального лазарета-изолятора для больных дизентерией, чтобы изолировать заболевших и сдержать распространение эпидемии.

Выбор пал на располагавшийся вблизи шталага-326 лагерь Штаумюле (Staumühle).

История лагеря Штаумюле началась во время первой мировой войны.
В 1915 году прусская армия построила лагерь для французских военнопленных на территории существующего с 1892 года военного полигона Senne. Военнопленные французы, а позже военнопленные бельгийцы, британцы и русские работали в дорожном строительстве.

штаумюле

                              Барак Штаумюле 1916 год

Выбор места для размещения лазарета был удачным и с немецкой точностью хорошо продуманным. Это была большая лесная поляна, местами заросшая кустарником, с песчано-каменистой почвой, которая была абсолютно не пригодной для выращивания сельскохозяйственных культур, расположена вдали от населённых пунктов.

Лазарет Штаумюле располагался в роще, рядом была замаскирована действующая учебная военная база, на которой днём и ночью проходили разные учения. Лазарет был обнесён колючей проволокой в три ряда, по его углам стояли вышки-площадки, на которых прохаживались охранники, вооружённые автоматами. Вокруг лагеря был смешанный лес, для охраны которого в ночное время выделялся дополнительный дозор, а на некотором расстоянии от лагеря, среди кустарников просматривалось небольшое озеро, под которым располагался крупный арсенал, пути подъезда к которому скрывались в роще. Лазарет являлся лишь надёжным прикрытием от авианалётов наших союзников.

При въезде на территорию лагеря-лазарета размещалось несколько кирпичных зданий, предназначенных для комендатуры, охраны, складских помещений и других служб.

Лазарет состоял из 29 длинных бараков. В каждом бараке было по пять комнат. В качестве кроватей служили деревянные нары в два этажа, из голых досок без каких-либо подстилок на которых размещались больные.
В каждом бараке размещалось от 100 до 120 больных.
За каждым бараком закреплялись один-два врача и два санитара из числа военнопленных.
Организационно лазарет в Штаумюле подчинялся не коменданту шталага-326, а коменданту гарнизона полигона.

В конце сентября 1941 года в местечко Штаумюле, расположенное в 15 км от шталага- 326, была направлена группа советских военнопленных для приёма больных. В сопровождении двух охранников и одного немецкого санитара группа, в которую входили П. Краснов, М. Герасименко, Н. Чернышев, В. Повертайленко и другие через четыре часа прибыла на место. Группу разместили в бараке № 26.
М.А. Кришнов начал работал санитаром в бараке № 29.

В лазарет стали поступать первые больные дизентерией из лагеря шталаг-326. Почти всегда среди прибывших в лазарет были мёртвые. В некоторые дни больные умирали по 20, иногда даже более 30 человек. Кладбище советских военнопленных находилось в 8 км от лазарета, и там хоронили умерших от дизентерии. Бараки были переполнены. С каждым днём увеличивался поток больных, среди них очень много тяжелобольных.

Милосердия немцы никогда не испытывали. Комендатура лагеря состоянием здоровья пленных никогда не интересовалась. Лишь по утрам проводилась точная сверка количества умерших за сутки, трупы которых тут же вывозились за пределы лагеря и зарывались в заранее приготовленные рвы.

Советский военнопленный М.А. Кришнов стал лекарем, он накладывал повязки раненым и тяжелобольным, а также выдавал лекарства от дизентерии. Лекарством против дизентерии служили таблетки из угля и белой глины. Больных было много, а лекарств и перевязочных материалов едва-едва хватало. В лазарете находилось до 2000 человек, чаще всего и более. Несмотря на свирепствовавшую эпидемию дизентерии, немцы продолжали кормить больных водянистой похлёбкой «баланда» качеством хуже, чем в шталаге- 326.

Вскоре в лазарет прибыл военнопленный польский врач Обарский, который хорошо говорил по-немецки и по-русски. Как вспоминает М.А. Кришнов, он через Обарского передал требование об улучшении питания, напомнив, что в противном случае смертность может резко увеличиться. Вскоре в Штаумюле была открыта столовая, на кухне которой работали русские военнопленные.

Питание больных оставалось очень скудным, но благодаря так называемой «диете», когда выдавались сухари или по кусочку белого хлеба, удалось спасти многих больных от смерти.
С середины 1942 года в шталаге-326 начал свирепствовать туберкулёз. Это был третий вид эпидемии, охвативший тысячи советских военнопленных. Многие из них стали жертвой этой болезни. Недоедание, плохое размещение и беспощадная эксплуатация были главными причинами. В большом количестве больных переправляли в лазарет Штаумюле, там их изолировали, пытались лечить и тем не менее, многих военнопленных туберкулёз унёс в могилу.

В это время Штаумюле становится в VI военном округе центральным ТВС-лазаретом для больных туберкулёзом. Сюда привозили больных главным образом из Рурской области. В основном страдали от туберкулёза военнопленные, работающие на угольных шахтах.

В Штаумюле шла борьба не только против дизентерии, а с 1942 года началась борьба с туберкулёзом и сыпным тифом. Поток больных тифом увеличивался. В этой ситуации немцы вынуждены были дополнительно прислать военнопленных русских врачей и увеличить медицинский персонал. В лазарет прибыли врачи С.С. Рослач, A.B. Наумов, Кутаков, В. Сайко, П. Злобин и И.С. Бочаров, П.Г. Герасимович, А.З. Николаев, В.Г. Голубков Т.Н. Чурбаков и другие. С.С. Рослач стал руководителем русского персонала. Он владел немецким языком, был энергичным молодым человеком 24-х лет. Немцы боялись заходить в тифозные бараки. Русским врачам это было удобно. С.С. Рослач, М.А. Кришнов и переводчик Б. Павлов использовали эту возможность для того, чтобы в отдельные комнаты поместить здоровых, выдав их за больных тифом или туберкулёзом и таким образом оставить их на полгода, а то и дольше в лазарете. В итоге намного меньше пленных отправлялось в германскую военную промышленность.

«Условия пребывания больных туберкулёзом – на двухярусных нарах и в сырых, продуваемых ветрами бараках, на голодном пайке из недоброкачественных продуктов стали «благоприятными» для развития туберкулёза. У преобладающего большинства больных отмечались тяжёлые формы заболевания. Внешний вид таких больных запоминался надолго - кожные покровы серовато-землистого цвета, глубоко запавшие синюшно-красные щеки, блестящие глаза с часто мигающими глазами, нарастающая одышка. Больного не покидает лихорадка, беспокоит изнуряющий пот, стойко держаться приступы неудержимого кашля и когда одышка сменяется приступами удушья и больному не хватает воздуха, он напрягает все мышцы и при полном сознании не может найти никакого облегчения. И только врач поневоле остаётся свидетелем уходящей человеческой жизни».

DSC07425-1
          Один из бараков медперсонала фото 1944-1945г.г.

Ежедневно повозка следовала из Хаустенбека через Штаумюле в Штукенброк собирая умерших. Извозчиком этой повозки, названной «Liekenfahrer» , был солдат вермахта, он пользовался дурной славой на всю округу. Он носил глазную повязку и был постоянно пьяный. При каждом рейсе он вёз около 30 трупов.

img108-2-ps (Копировать)

                                                    повозка «Liekenfahrer»

После освобождения, разбирая лагерную картотеку, бывшие военнопленные обратили внимание на тот факт, что умершие в Штаумюле и похороненные на братском кладбище шталага-326 не были зарегистрированы в лагерной картотеке шталага-326.

img623 штаумюле-1988г.

                                                    барак Штаумюле 1988 год

Profile

stalag326
Мирослав Хоперский
http://sites.google.com/site/stalag326/

Latest Month

March 2015
S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner